Спаниелячьи рассказы, свои и чужие

Board index Дела Спаниелячие Мир спаниелей

#1by vashper » 13.03.2013, 12:07

РАННЯЯ ТЯГА
Охоту на вальдшнепа в этом году открыли раньше времени. Снег не сошёл; под ним кое-где были лужи и ручьи. Через самый глубокий и бурный мы с Ларри перебирались у самой дороги: я - осторожно, балансируя по скользкому ледяному дну, Ларри - в несколько прыжков, по уши в воде. И к своему обычному месту я брел по рассыпчатому снегу, глубиной местами по колено; только на поляне снега не было, зато текла вода по щиколотку, прямо по прошлогодней траве, без русла. Там я и встал - больше негде, самое открытое место среди редкого, но высокоствольного березового леса.
Ларри счастлив, после зимы оказаться в настоящем лесу для охотничьей собаки - это просто рай. Он шуршал по снегу, шлепал по воде, продираясь через затопленные кусты вокруг меня; по-хорошему надо было бы его посадить, да некуда - не сажать же в воду.
Будет тяга или нет? Всё же рановато, хотя птицы уже прилетели. Певчие дрозды где-то вверху - изредка видишь их, перелетающих, а так не видно, но зато слышно. Слышно ещё и песенку зарянки, и ещё множества птиц - но я их не различаю.
Отдельные выстрелы и дуплеты уже доносятся - то совсем издалека, из-за многих километров: "буп! буп!", то бахают рядом; но это, скорее всего, народ пробует новые ружья или "прожигает стволы" по пням и жестянкам.
Хитрые американцы давно установили, что вальдшнеп начинает токовые полеты при определенной освещенности, так что можно определять время начала тяги фотографическим экспонометром. Я так и не собрался попробовать, но, на глаз, наш вальдшнеп (а он от американского отличается, и по размеру, и по поведению) начинает лет в разное время. И сейчас ещё слишком светло.
Поэтому можно постоять, и послушать, и посмотреть. Мы были здесь неделю назад на разведке, тогда проталин не было вообще, не было и ручьев; и птиц было немного. Простояли в снегу попусту. Холодно было, к вечеру уже ноль или даже ниже, но в воздухе - вот удивительно - летали тончайшие и легчайшие моли и комарики. Ларри жамкнул одного пролетающего.
Сегодня чуть теплее, градуса два.
Но вот почти одновременно раздались три одиночных выстрела с разных сторон - тяга началась. Я крутил головой, и всё же первый "цик" застал врасплох - кулик налетал со спины. Летел он как-то быстро и высоко, выше деревьев; я выцелил его и с чувством "щас промажу" выстрелил. Вальдшнеп повалился вниз, почти на меня. Но падал он не тряпкой, не кубарем, а как-то сжав неполностью крылья, пикировал как волейбольный мяч после трудной подачи. И вместо того, чтобы звучно удариться о землю, он развернул крылья у меня над головой и с пикирования перешел в горизонталь, и даже пошел вверх. Я потерял его на фоне темных веток и вторым стрельнул вслед наудачу - и промазал вторично.
Потом было время подумать, повспоминать.
Пару лет назад я стоял на номере на лосиной охоте. Лоси в окладе были, да и номер был верный, но неудобный - густые ивовые кусты впереди, густой еловый лес с вкраплениями пылающих рябин и осин сзади. Стою даже не на просеке, а на неширокой тропе, ни назад, ни вперед не видно ни черта.
А вокруг прекрасная осень. И надо мной пролет дроздов-рябинников - они летят не густой стаей, а порознь, но держа соседей ввиду.
И вот тут где-то рядом и вверху - шшшшихх - что-то с шумом пронеслось, как гоночный автомобиль, но что? Я ничего не увидел, зато рябинники, сколько их было в поле зрения, прекратив свою трескучую перекличку, нырнули в лес кто куда.
Это был какой-то пернатый хищник, скорее всего сокол; успешна ли была его атака - не знаю. Видел раз во время пролета, как сокол, крупный, почти белый, не торопясь летел над березняком с добычей - скворцом - в когтях. А вот в атаке не видел ни разу, и, говорят, трудно увидеть, так велика его скорость. Самая для них охота во время птичьего перелета, когда дичь держится не на земле, не в кустах, а волей-неволей - в воздухе.
Загон тогда был неудачен. Опытные лоси - не иначе быки - отстоялись в мелком ельнике и пропустили загонщиков мимо; их было мало, зазоры в цепи большие - а когда стрелки снялись с номеров, лоси не спеша прошли через просеку и удалились. Это уже по следам увидел охотовед, пробежавшийся потом для очистки совести вокруг загона.
Вот и сейчас неудача - ну что бы мне не добавить из другого ствола, пока кулик сыпался мне на голову? Я же чувствовал, что не попал? Жаль, не сообразил; но, правда, я ведь никогда не видел так близко такой вот вальдшнепиный маневр. А больше тянущего я не видел и не слышал, хотя несколько редких выстрелов и донеслись до меня. Скоро и стемнело так, что и мушки не видно.
Нет, конечно, это он не от выстрела уворачивался. За двести лет ружейной охоты вряд ли мог выработаться такой защитный механизм. Но, когда снаряд дроби с шумом проносится рядом, это, наверное, похоже на пролет сокола - ведь для них тянущие вальдшнепы тоже легкая добыча. А уж за миллионы лет даже такая недалекая птица, как вальдшнеп, могла чему-то научиться.
Но вообще-то несколько раз и раньше я видел, как после выстрела вальдшнепы валились вниз и над землей уходили - частенько говорят, что "подранен, но оклемался" - да что-то быстро это у него получилось. Нет, это не подранки.
Я пробираюсь обратно к дороге, держа стволы перед собой - не видно ничего, луна скрылась за некстати набежавшими облаками. Как бы глаз не выколоть, веток не видно. Пёс, поняв, что охота заканчивается, удвоил скорость, носясь вокруг меня по шуршащему, крупитчатому снегу. Да, жаль; хотелось показать молодому спаниелю кулика, он ведь их ещё не видел и на чутье не держал. Но ладно, ещё неделя впереди.
Разворачиваюсь на дороге и еду домой. На обочине с заведенными моторами три джипа, компания разбирает ружья; притормаживаю: "Ну как успехи?" В ответ вспыхивает вспышка фотоаппарата, на секунду высвечивается охотник, держащий за крыло вальдшнепа. "Да пару сбили, но одного не нашли". "Ну всё равно - с полем! Завтра пораньше приедете да поищете по-светлому".
Мы прощаемся, я поднимаю боковое стекло и жму на газ. До дому больше часа езды, надо бы пораньше вернуться. Поищут завтра, но вряд ли найдут; я не раз так потом искал, да ни разу не находил; но зачем расстраивать ребят заранее?
vashper
Topic author
Reputation: 8 (+8/−0)
Posts: 48
Joined: 28.02.2013
Порода: РОС

  • 1

#2by vashper » 13.03.2013, 16:14

ПЕРВЫЙ КОРОСТЕЛЬ, ПОСЛЕДНИЙ КОРОСТЕЛЬ
Сразу за воротами нашего дачного кооператива начинается поле, когда-то колхозное, а до того монастырское. Давно заброшенное, по краям уже зарастающее березками и ольхами, оно каждый раз немного разное, от года к году и от выходных к выходным. Обычно мы проходим его минут за десять, направляясь к дальнему лесу. Справа от тропинки болотистое "блюдце", зарастающее кустами, а слева - небольшое возвышение, почти незаметный бугорок. В кустах живет "дежурный" коростель. Утром и вечером он отправляется из кустов на бугорок, пересекая тропинку, чтобы исполнить свой сольный концерт - "крэкс-крэкс, крэкс-крэкс!". Знаком я с ним, или, точнее с ним и с его предками, уже лет двадцать пять, но до прошлой недели не видел ни разу.
Моджахед несется впереди меня, мелькают мощные лапы, на длинно купированном коричневом хвосте светится "фонарик" - белый кончик, специально оставленный ветеринаром, это у спаниелей признак породности. Я любуюсь его размашистым бегом, он худ, но мышцы уже переливаются под шкурой кофейного цвета с сединой.
Моджахед - русский спаниель. Много лет прошло с тех пор, когда выводил я его на ринг, а эксперты - и Виктор Т., и Маргарита С. - его помнят и почему-то улыбаются. Помнят не из-за призовых мест. Наоборот, места были у нас последние: Маджик был переростком. На лишний сантиметр судьи иногда закрывают глаза, но тут уж всё было слишком явно: был он раза в полтора крупнее обычного русского спаниеля. И хоть в остальном он был неплох, даже красив, но... стандарт есть стандарт.
В поле же я не видел никого подобного по качеству челнока. Так называется манера поиска, когда собака, по выражению Тургенева, "метет направо и налево" перед охотником, плотно прочесывая поле. Спаниель к тому же, в отличие от легавой, должен не убегать далеко, оставаясь всегда в пределах выстрела. Для этого пёс должен постоянно, краем глаза, следить за хозяином, поддерживать контакт. Моджахед так и делал. Он никогда не отходил далеко от меня, и старался не отпускать и моих спутников: когда мы всей семьёй ходили за грибами, он постоянно носился между нами, в качестве связного.
Такой правильный, плотный челнок очень полезен, чтобы не пропускать дичь. И не думайте, что подмосковные поля совсем пусты. Бессобачный охотник даже представить себе не может, сколько вокруг нас всякой живности. Вы можете гулять по дорожке в городском парке, не зная, что за лужей, в пяти метрах, в пожухлой крапиве лежит здоровенный русак, а в заболоченных кустах притаился пролётный вальдшнеп. Вот поэтому только охотник с собакой является действительно охотником, без собаки же он даже не половина.
Значит, был Моджахед идеальной охотничьей собакой? Ну... почти. Был у него один маленький недостаток. Совсем незначительный. Его не интересовала пернатая дичь. То есть вообще. Какой-то дефект чутья? Бывают же люди без обоняния. У Маджика-то обоняние точно было, и неплохое, но вот почему-то не на птицу.
Чего же он искал-то тогда в полях и лесу? Трудно сказать. Может быть, просто наслаждался запахами, как эстет-созерцатель. Но скорее он был охотником с собственными предпочтениями. Любил покопать мышек, облаять ежа, если попадался заяц - тут уж он забывал и про дистанцию, гнал с голосом, что твоя гончая. А птички... нет. Не любил.
А ещё он не подавал. Ни дичь, ни мячик. Считал это ниже своего достоинства. Даже брошенные палочки, хотя и приносил, но не отдавал, а играл "в перетягивание каната". А так как был он псом сильным и тяжелым - отобрать было невозможно, он уносил палочку в кусты, прятал там и ещё задирал на неё ногу.
Я пытался приохотить его к прямому, так сказать, предназначению спаниеля - но ни живая, ни битая дичь так и не вызвали в нём ни малейшего интереса. Я засовывал стреляных болотных курочек ему в пасть - он безразлично глядел в пространство, челюсть безвольно отвисала, и обслюнявленная птичка падала на землю. После тяги он послушно бродил по кустам, куда упал чисто битый вальдшнеп, но мог на него даже наступить, не сделав и попытки подобрать или хотя бы отметить.
То есть для охоты мой пёс был совершенно бесполезен. Да, вот так тоже бывает. Урождаются такие во всех породах - бесчутые легавые, безголосые гончие, добродушные алабаи. По-моему, отклонения в экстерьере всегда сигнализируют, что у собаки что-то не то и с рабочими качествами - не все так думают, но я думаю так.
Естественный вопрос - так зачем же я его держал? Ну... а куда его девать? У серьёзного заводчика в старые времена судьба его была бы короткой и трагичной, да и сейчас правильный охотник, а тем паче деревенский, нашёл бы способ избавиться: а у меня он жил, в качестве компаньона. Назовем так. И на охоту я с ним ездил - как с приятелем-неохотником.
Стрелял я из-под него и зайцев, немного. Ну не будешь же специально охотиться на ушастых со спаниелем. Охота на зайцев должна быть красивой, мы же не из-за килограмма тощей зайчатины на неё ходим, а послушать голоса гончих. Так что когда случалось съездить специально на зайчика, Моджахед оставался дома.
С первой своей охоты я люблю стрельбу по бекасам - но приходилось охотиться, как раньше, "самотопом". Внешне это выглядело как охота с собакой, Маджик носился передо мной челноком, бекасы взлетали, я стрелял (в основном, как полагается на этой охоте, мазал), но никакого отношения к собаке эта забава не имела, он не обращал ни на живых, ни на битых никакого внимания.
Правда, не совсем так уж всё было плохо. Был у него на портрете светлый штрих. Он всё-таки доставал утку и гуся с воды. Не подавал в руки, а просто клал на берегу. Причём делал это надёжно, как-то знал, куда упала подраненная утка, даже в темноте, когда зорька кончается и стреляешь по неясному силуэту на фоне темно-серого неба. Даже всплеска не слышно, а он бесшумно спускается с берега и исчезает в темноте - чтобы появиться минут через двадцать с уткой. Положит на берег, отряхнётся - и всё, больше её в зубы не возьмет, проси - не проси.
Девять лет прожили мы с ним душа в душу, где только не побывали - и у Белого, и у Черного моря, но однажды он приболел. Дело было далеко от дома, дорога назад была длинной, и в Москву он приехал совсем плохой. У него раздуло живот, и было ему явно очень нехорошо. Но я никак не ожидал, что, выслушав его, терапевт-ветеринар скажет: "ну вы же взрослый человек:".
Сердечная недостаточность. Сердце не может нормально прокачивать кровь, в животе скапливается плазма крови, сдавливает внутренние органы, и сердце работает ещё хуже. Порочный круг. У собак это означает, что надо усыплять - живут они с этим месяца два-три, не больше, в отличие от людей. Но как же так? Он же ещё не старый! Да и с чего, что же произошло?
Я заметался по лечебницам. Диагнозы ставили, везде, правда разные; анализы показали даже не одну болячку, а сразу несколько инфекций, да ещё экзотических, некоторыми и собаки-то не болеют. Такое впечатление, что у него просто не было иммунитета. С инфекциями мы справились лошадиными дозами разных антибиотиков, но сердце не восстановилось. Водянка душила бедного пса. Откачивали из живота жидкость, на несколько дней ему становилось легче - но затем она набиралась снова, и так происходило всё чаще и чаще.
Моджахед ходил медленно, с остановками. По лестнице идти не мог совсем, а тут ещё, как на грех, в доме ремонтировали лифт - и два-три раза в день приходилось выносить его на руках, как ребенка.
Я сажал его на траву во дворе, за гаражами - и он сидел, шевеля ноздрями. Был конец июля, и волны жаркого воздуха приносили ароматы цветущего разнотравья. Кто знает, что он чувствовал, кроме цветов - у собак обоняние в миллионы раз чувствительнее нашего. Он мог сидеть так часами, наслаждаясь миром, который ему предстояло вскоре навсегда покинуть.
Три месяца истекали, приближался роковой срок. Мы записались на приём к очередному врачу - собачьему кардиологу. Принимала она не каждый день, и нам надо было дожить до следующего понедельника.
В выходные мы ездили на дачу. Охотничьи собаки не могут усидеть на участке, они всегда просятся на дальнюю прогулку, и мы с Моджахедом прошли немало сотен километров по округе, но в последние месяцы прогулок не было, ему и на крыльцо подняться-то было нелегко. Но на этот раз он тихим шагом подошёл к калитке и встал около, повесив голову. Ну что ж, пойдём гулять.
Всё так же, тихо, но целенаправленно он поплелся к нашему полю.
Неужели Маджик надеется дойти до леса? До него ведь с километр, ну куда ему. Я небыстро иду за ним, готовясь подхватить его на руки. Но я никак не ожидал того, что увидел.
Уткнув нос в землю, он дошёл до невидимого перекрестка - того места, где коростель переходил нашу тропку, направляясь на свою "эстраду". Затем он повернул налево и прошел немного, видимо, по следу, поразбирался в невысокой траве, но недолго. Поднял голову и двинулся дальше, ещё несколько чуть ускоренных шагов - и впереди Маджика из травы вылетела бурая птица. Летит небыстро, ноги свисают. Да, это коростель. Так вот он каков, мой старый знакомый.
Чистая, красивая работа по коростелю, на пятёрку.
Моджахед стоит, часто и тяжело дыша, и смотрит на меня, а я смотрю на него. Он молчит, молчу и я - а что я могу сказать? Беру его на руки и несу домой, он, повернув голову, смотрит вперёд.
Когда мы едем домой, он сидит на полу машины, уткнувшись лбом в сиденье и обхватив лапами голову. Так ему немного легче дышать.
Врач - приятная, красивая женщина, с редким русским именем, внимательно смотрит на экранчик ультразвукового локатора. "Видите - сердечная сумка наполнена жидкостью". Действительно, видно сердце, и оно бьётся как золотая рыбка в круглом аквариуме. Что же делать?
"такое бывает у крупных собак, если жидкость удалить, то иногда наступает ремиссия. У вас, конечно, вряд ли такой случай: Но давайте попробуем?".
Конечно, давайте.
Пёс послушно стоит на столе, я с ужасом смотрю, как длинная толстая игла входит снизу ему в грудь, и таз наполняется тёмной кровью. "Спокойный он у вас, с другой собакой у меня этот тазик был бы сейчас на голове" - шутит врач. Это да, Моджахед спокоен и терпелив.
Я заношу его домой и опускаю на пол. Он падает на свой коврик. Выглядит он как сдутая надувная игрушка. Скелет, обтянутый шкурой.
Вечером на всякий случай подставляю ему под нос его миску с нарезанным сырым мясом. Пёс с трудом встаёт - и вдруг начинает жадно глотать, впервые за последние месяцы.
Авиценна писал ещё тысячу лет назад, что если у пациента есть аппетит, то ещё ничего не потеряно. Не помню, много ли было у меня в жизни более счастливых моментов, чем этот - когда пес облизывал пустую миску.
В следующие дни он ел, спал и гулял, всё больше и больше. К концу недели он уже носился по лестнице и вокруг дома как молодой, а в машине сидел на своем месте, то смотря вперед, то высовываясь из окна, хватая пастью набегающий воздух. И вот мы опять идем по дорожке через поле, к дальнему лесу.
Нет, второго чуда не произошло: Маджик пересек коростелиную тропу даже не задержавшись. Если бы не прошлое воскресенье, я так бы и продолжал думать, что у него нет чутья, что он просто не чует птичьего запаха и ничего про птицу не знает. Да, немного же я знаю про своего друга, с которым прожил рядом почти десять лет!
Он снова потерял всякий интерес к бесполезным птичкам и бежал на настоящую охоту, искать настоящую добычу.
Я не расстроился. У меня в кармане была путевка в Переславское хозяйство, на открытие по утке, и я почему-то был уверен, что у нас впереди много месяцев, может быть даже лет. Откуда у меня была такая уверенность, непонятно, но она оправдалась.
Много лет прошло с тех пор, давно нет со мной моего Моджахеда. Не самый лучший это был мой пёс, но вспоминаю его не реже, чем остальных. Хватит ли у меня страсти так же выйти на последнюю охоту, как вышел он?
vashper
Topic author
Reputation: 8 (+8/−0)
Posts: 48
Joined: 28.02.2013
Порода: РОС

#3by vashper » 15.03.2013, 14:11

Из цикла <Рассказы старого спаниеля>
(Старый спаниель, живущий при питомнике, по вечерам учит щенков жизни)

ПОЧЕМУ ХОЗЯИН ОСТАВЛЯЕТ НАС ДОМА

В море лазурном есть остров скалистый - Итака
Некогда жил там охотник один хитроумный
Взял он щенка, вот такого, как вы, от хорошей породы
Выкормил сам и нарек его Аргусом звучно:

Только сходить на охоту им вместе судьба не решила
Выпал охотнику жребий вести на войну копьеносцев
Чтобы за честь милой Греции биться далёко с врагами
Был он царем потому что, а звали его Одиссеем.

Годы проходят, у тех копьеносцев взросли уже дети
Стали они на охоту и сами уж бегать
Много для них быстроногий досужливый Аргус
Дичи по горным ущельям причуял и в сети им выгнал

Только когда у него выпадала свободной минута
Бегал всегда на обрывы у синего моря
Долго высматривал в дали лазурной хоть лодку
В сумерках брел же по пыльной дороге он к дому

Только однажды в ворота дворца постучался
Нищий старик в плаще и хитоне потертом
В шрамах лицо, нет доспехов, на солнце сиявших
Нет из кабаньих клыков у него знаменитого шлема

И ни один человек во дворце не узнал в старике Одиссея
Даже жена, даже сын его не признали
Только лишь Аргус один, у ворот тех лежавший
Уши прижал и хвостом поседевшим задвигал

Встать он не мог уже, век ведь собачий короток.
Если б не он - не узнали бы люди героя
Прочь от дворца сторожа бы пинками прогнали
И о судьбе достославной бы звучных поэм не сложили

Вот потому-то хозяева нас оставляют
Дома, на подвиги в мир за порог отправляясь
Чтобы их было кому возле двери приветить
Если другие домашние их не признают.

Вы же всегда терпеливо хозяина ждите
Ждите всегда, и хозяйкин сапог не грызите
Ведь непременно хозяин к вам снова когда-то вернется
Пусть даже целую жизнь вам его предстоит дожидаться.
vashper
Topic author
Reputation: 8 (+8/−0)
Posts: 48
Joined: 28.02.2013
Порода: РОС

  • 1

#4by vashper » 19.03.2013, 11:42

СУКИНЫ ДЕТИ

Перестал Джерька подавать. И не как-нибудь, а иногда, время от времени, то, что у автовладельцев называется <блуждающая неисправность> - в сервис приехал и всё работает, а выехал за ворота - тыр-пыр опять не едет. Только тут наоборот - не подаёт на людях, лучше всего - на Всероссийских состязаниях. Первый раз сорвал подачу в Солотче. Кидают ему битого коростеля - он вместо того, чтобы по команде схватить и принести, как сто раз делал - устраивает вокруг него половецкие пляски, как будто никогда не видал такого удивительного предмета. Ну и вместо пяти баллов - три, принёс-таки с горем пополам. А с воды - вообще полный абстраган. Доплыл, носом ткнулся - и обратно. И больше в воду не пошёл. А пинка не дашь - на соревнованиях не положено физически на собаку воздействовать! И главное с чего это? Только что буквально, недели две назад, были соревнования МООиР, там подача-то была пять-пять!
А без подачи, конечно, диплом мимо, очков в командную копилку ноль, да ещё и эксперты и приятели хором нудят: <ты вот то, ты вот это, собаку не искупал, она перегорела>, ну и прочее, что полагается говорить неудачнику. Чтобы он, видимо, лучше перенёс это неприятное событие.
Ну вот что делать с этим негодяем? Не пустил я его в машину, спал в ней один, а он изображал московскую сторожевую - болтался около и на проходящих мимо участников лаял, вроде как он при деле, не просто так собака, не без пользы. Утром посадил его и домой уехал, пораньше, чуть небо посерело, пока все спят.
Приехал домой - что за чёрт, всё подает. И с воды, и с земли, и игрушки, и разморозку, и свежатинку. С сомнением поехал на состязания по утке, наши орехово-зуевские устраивают ежегодно. "По утке" порядок другой, чем "по болоту", главное, чтобы пёс охотно рыскал по воде и грязи, и за время работы, за 40 минут, нашёл и выставил на чистое двух уток, ну, в это время скорее утят. Они уже носятся как наскипидаренные, так, что собака их не поймает, для дичи это безопасно. Если лысуху прихватит, или камышницу - тоже считается. Хоть и считается, что спаниель - больше утятник, а не все в воду лезут, городские к тому же к крякве относятся часто спокойно, как и к голубям, за дичь не считают.
Мы ещё по утке ни разу не испытывались, да ещё эта история с подачей: но поехали. Взял я с собой Евгения Вавера с его Дэзькой, Джерькиной сестрой, он там недалеко на даче живёт, но он в испытаниях участвовать не смог - тяжело. Действительно, идти там надо по колено в грязи, осклизаясь на затопленных корягах; а воды кое-где и по пояс, и по грудь, и даже плыть иногда приходится. Не для его суставов, у него уже профессиональный спорт сильно сказывается.
Отработали вполне нормально, без блеска, но двух утят нашли в осоке, те как торпедные катера по ряске дунули к чистой воде. Прогнали их немного (тут можно), две работы есть. Идём на подачу - подал. И с воды, и с твёрдого. Правда, не утку, а лысуху - ну кого разрешили местные власти стрельнуть, того и стрельнули. С суши подача тройка, с воды зато пятерка. Итого "трёшка", для первого раза (а мы по утке впервые, даже на испытаниях не были) - нормально.
Я и успокоился.
А потом случилась просто катастрофия.
Правду говоря, был и до этого года звоночек. В прошлом году съездили мы тоже в Краснодар на тамошние соревнования по фазану. Соревнования мне не понравились, с комиссией я полаялся (пока Джерька разбирался в следах справа, слева от меня вылетел шумовой фазан - его засчитали как "проход", я оспорил, и баллов начислили немного). Проверка на подачу была в конце, и тут я погорячился. Сначала подача с суши, все кидают дохлую фазанку так, умеренно, в траву перед стеной камыша, а я запулил от всей души. Попал в заросли. Джерька посуетился перед камышом, забежал сбоку, пролез вглубь и вытащил-таки эту фазанку, пробиваясь задом - и увы, держа её за шею. А полагается-то за корпус! По-другому там через камыш не протащишь, но всё равно - 4 балла вместо 5. А в воду он не пошёл. Не пошёл, и всё.
При получении диплома, какие бы ни были баллы за работу, есть минимум по подаче. На "трёшечку" надо 5 баллов. У меня 4 за сушу и 0 за воду - всё, до свидания. Спасибо что приехали за тыщу километров, рады были познакомиться.
Какие-то оправдания я себе конечно нашёл. На воде мы в тот год не работали (он опять болел, я боялся простудить), и в воду шёл неохотно, и тем более в холодную. А там и другие собачки были, которые в воду не полезли, не мы одни такие нежные. Да и меня ещё угораздило с этим рекордным броском...
В общем, расценил я это как случайный срыв от усталости (мы там славно поохотились перед состязаниями, пёс потом неделю в основном дрых и ел), и не заморачивался. Потом, по декабрь, мы ещё поездили в Тюнежское хозяйство, на загонные охоты по выпускному фазану, там Джерька без проблем подавал, так что всё как-то забылось, и беспокоиться, кажется, было не из-за чего.
Но вот в этот год вышло как никогда плохо. После работы по фазану (тоже со скандалом с Пересыпкиным, уж очень он придирчивый, да уж ладно), на проверке подачи - накатили на меня подозрения. Как-то пёс мой странно себя вёл, даже непонятно в чём дело, но что-то было не то. И вот нас вызывают. Беру тушку, командую сидеть, бросаю, "Подай!" - и собака не двигается с места. "Подай!" - говорю уже с нажимом. Пёс оседает на землю, поджимая хвост и уши. Немая сцена, на нас смотрят тридцать человек. Кто-то негромко говорит "никогда такого не видел". И я понимаю, что со стороны это выглядит так, будто собака забита до потери сознательности...
Ухожу с места подачи, сразу повеселевший Джеральд бежит за мной.
Подача с воды - то же самое.
Надо ли говорить, что потом, после состязаний, на охоте в прикубанских камышах никаких проблем не было? Взяли мы по паре красавцев-петухов, два даже трофейных кондиций - вместе с хвостом почти по метру. Джерька отлично ищет, отлично подаёт - не в чем упрекнуть.
Ехать домой - почти сутки за рулём, есть время подумать, повспоминать.
Началось всё в наше первое поле. Работать он начал поздно, в первое лето было ему девять месяцев, многие спаниели в этом возрасте вовсю работают (мои первые два уток гоняли уже в 4-5 месяцев), а Джеральд нет. Не понимал - что мы тут делаем? Люди бегают, стреляют, собаки носятся - а в чём дело-то? Ну он тоже поучаствовал, за бабочками побегал, с недоумением понюхал битых перепелов, посмотрел на меня, мол что это, хозяин? И заинтересовался он птичками почти в год. Поздней осенью поднял из сухой уже крапивы пару дроздов-рябинников - и проснулся наконец как личность. Кстати, вообще у охотничьих собак бывает, что интерес к охоте у них появляется годам к полутора, про спаниелей, правда, такого не слыхал, они считаются скороспелыми.
Потом была весенняя охота - не собачья по сути, а первой настоящей была августовская по перепелу, в Серебряно-Прудском районе. Там и были первые знакомства с птицей, в нормальном спаниелячьем стиле, когда он готов не есть, не спать - только чтобы не уходить с поля.
А вторая охота была уже не так далеко от дома, на одном заветном поле, но поскольку Москва рядом - то и не очень обильном. Там-то всё и случилось. Походили мы по жаре, ничего толком не нашли, устали, и, дойдя до машины, решил я это дело прекратить. Собрал ружьё, командую "На место!", а Джерри вместо чёткого прыжка на заднее сиденье - опускает уши и трагически смотрит в сторону. И я дал слабину. "Ну ладно, пойдём ещё местечко проверим".
Мало того, что нёс я потом пёсика к машине рысью - у него от жары и переутомления случилось что-то вроде солнечного удара. Главное-то другое - пёс настоял на своём. Ну и что, что выглядело это как униженная мольба, это внешнее - а суть-то в том, что его воля оказалась сильней моей. Вот где была моя кардинальная ошибка.
С тех пор такое случалось, не часто - но бывало. Если псу уж очень хотелось чего-то, то он и прибегал к такой вот манере неподчинения. Что-то не делать, откуда-то не уезжать. Почти никогда я не шёл на уступки - или настаивал, пожестче командуя, или брал в охапку и закидывал в машину. Но собаки так устроены, что они никогда не забывают подобных вещей.
Это может показаться странным для несобачников, но собаки очень щепетильны в вопросах права. В отношениях между собой и с людьми им важен не сам предмет, а права на него. Выглядит это иногда забавно: когда кто-то садится в "собачье" кресло, обиженный владелец то стоит рядом с грустным видом, то пытается внедриться между поручнем и захватчиком. Устыженный гость покидает кресло - и собака теряет к нему всякий интерес. Помнится, в своё время я приоткрывал в машине заднее окно, чтобы Мадж мог получать информацию, подняв нос. И если я забывал это сделать, Маджик всегда на это указывал - стоял на заднем сиденье, прижав нос к верху стекла. Извинившись, я открывал - и Мадж удовлетворенно ложился - он мог ни разу за поездку не воспользоваться окном, но право отстаивал. Очень по-человечески.
Так вот подача - это целый комплекс взаимоотношений. Ведь что такое - собачка принесла палочку и отдала её? Она тем самым признала высший приоритет хозяина, а также и его право на игрушку. Это вовсе не следствие - собака может признавать место хозяина на более высокой ступени иерархической лестницы, но права его вовсе не считает безграничными.
И даже отдавая палочку, она скорее всего делает это в виде игры в перетягивание, сохранить, так сказать, лицо.
Все собаки легко обучаются подавать игрушки с самого раннего возраста - если отбирать игрушку и заменять вкусным кусочком. Меняться они очень легко обучаются, видимо само это явление для них не чуждо от природы. Проще всего это делать с "пищевиками" - а спаниели многие готовы за кусочек сыра Родину продать. А вот если не чревоугодник - с этим сложнее. Некоторые, кстати, не едят на природе - тоже проблема с пищевым подкреплением. Вообще улица и дом - места разные (не сказал ли я банальность?), и бывает также, что ласковый дома пёс на улице дичится, не даёт себя погладить, как подросток на людях. То, что отработано дома, надо заново прорабатывать на прогулках.
Но вот когда пес взрослеет - примерно в год - иногда случается и вот такое: категорический, наотрез отказ подавать. Не помогают уговоры, не помогает битьё. Питерцы выявили, что такое поведение иногда наследуется - то есть это не отказ в подаче наследуется, а твёрдый, неуступчивый характер и самомнение. Говорят, можно исправить длительной голодовкой, сломать характер. Не знаю, смог бы я: знаю случай, когда собаку просто не выпускали из воды, пока не подаст сбитых уток - вода была около нуля. Она продержалась 15 минут, потом сплавала и принесла на берег. Но в руки, кстати, не отдаёт до сих пор, а у спаниеля это означает ноль за подачу.
Почему? Ну вот видимо делается такое умозаключение: я такой же как ты, почему я должен тебе услужать? Мы друзья, а не господин и раб. Или даже "да, ты мой хозяин; но не настолько".
Но нам-то, людям - нам подача нужна - чтобы в воду не лазить, мы же для этого собаку завели. Мы бы согласились, чтобы хоть на диване спала, лишь бы подавала.
Но это что касается игрушек и т.п. С реальной дичью всё ещё хуже. Во-первых, это добыча, это уже не игрушки. Отдавать добычу кому-то - ни в чьих правилах не значится. Тут нужно или безусловное признание хозяина высшим авторитетом (а это зачастую не так - если уж хозяин не имеет права в собачье кресло садиться), или какие-то высшие соображения. Вообще собаки способны делиться с ближними: помню, была "у нас на раёне" полусумасшедшая бабушка, ходившая всегда со связкой в 4-5 собачонок. Говорили, что дома у неё их 17 штук. Я с ней как-то разговорился, она: "как я их люблю! когда одна болеет, они ей еду носят!". И мне как-то пёс еду на подушку носил, было дело... Но на охоте-то хозяин не болен. Наверное, два варианта безотказны - или собака полностью подавлена авторитетом хозяина, или она рассматривает себя и хозяина как одну команду. Это наверно лучше всего, но вот такой сознательный союз чреват неприятностями. Видел случай - хозяин при собаке отдал поданную птичку экспертам, и... следующую птичку он уже в руки не получил.
И ещё есть тонкость. Собаки бывают брезгливы. Хотя при этом могут и валяться в тухлятине, но вот тем не менее. У них просто есть своя шкала приоритетов, одни птицы вкусны, другие - нет. Куриные птицы - безусловный лидер. Настолько, что не рекомендуют знакомство с дичью начинать с тетерева - бывает так, что после них на других птиц собака и смотреть не хочет. Тут нет проблемы, чтобы собака взяла его в пасть - скорее проблема, чтобы не сожрала или не унесла и спрятала.
А самая "вонючая" с собачьей точки зрения - это утка, это ещё Домманже отмечал, а того хуже - селезень в охоте, весной. Собака подойдёт, нюхнёт - и аж скривится, "какая гадость". Был я как-то весной на гусиной охоте на севере, в зверопромысловом селе. Лайки там - красавцы, широкогрудые, статные, шубки - вода скатывается, а живут в общем на подножном корму. Так большинство из них ни уток, ни гусей не едят.
Разные кулики - те, с собачьей точки зрения получше, хотя тоже не всякая берет их в зубы с удовольствием. Ну и более-менее - пастушковые, то есть коростель и лысуха. Не как куропатка, но ничего.
Так вот спаниель должен подавать всё, и без фокусов. Слышал от "бабы Жени", это была такой эксперт, Евгения Невструева: "спаниель и говно должен подавать, лишь бы между зубов не просачивалось".
В общем, понял я, что самому мне тут не справиться, нужна помощь со стороны.
И вот сижу в машине у подъезда, жду натасчика. В подъезде раздается грохот, визг, рык "Куда?" и на улицу вылетает Игорь с рюкзаком наперевес и две собаки за ним. По науке полагается, чтобы хозяин выходил всегда первым. А если собака этого не понимает - то надо, чтобы поняла. У Игоря они всё быстро понимают. Я повернулся к заднему сиденью: "Ну что, допрыгался?".
Приехав на базу, Игорь не стал растягивать прощание, сразу увёл Джерри в дом. Он послушно шёл, но шёл, повернув голову в мою сторону. Я не стал встречаться с ним глазами, захлопнул дверь и нажал на газ.
:::::::
Забирал я его из Солотчи, через две недели. Выставлял его на соревнования уже Игорь. Наконец, на третий день звонок - выступление состоялось. Не слишком хорошо: опять "трёшка", но главное-то - подача почти идеальна. Что ж, результат есть, надо его только сохранить.
Солотчинская база - просто большая изба, из двух половин, неуютная, как пионерлагерная палата перед приездом пионеров. Железные кровати в два ряда, на некоторых старые голые матрасы. Под потолком горит лампочка без абажура, на одной кровати спит охотник, а его кокер залился лаем, увидев меня. Это не наши.
С другой стороны, в углу, спит другой, накрывшись синим одеялом с головой, а у кровати свернулись клубочками несколько черно-серых спаниелей. Это наши, вижу знакомые морды. Ребята бросаются ко мне, чуть не срывая поводки. Я их всех знаю, не один раз бывали на охоте, они мне рады. Только Джеральд не рвётся. Он поднял голову и смотрит на меня. И я смотрю на него.
Игорь заворочался, сбросил одеяло - на подушке две головы. Вторая - спаниельки, Ряски, я её тоже знаю. Ничего себе крутой натасчик. "Да вот стала покашливать", объясняет он. Ну, ему видней. Я отстегнул Джерри от кровати, ни прыжков, ни визга. Он просто стоит около меня. И не отошёл от меня ни на шаг всё время, пока я был в Солотче.
Проблема неподачи исчезла, как будто её и не было. Как ни странно - Игорь не позанимался с моим псом именно подачей, по объективным причинам - для этих занятий нужны условия и время. Он просто повторил упражнения на послушание - сидеть, ко мне, вперед, стоять. С жестким контролем - ни одна команда не осталась невыполненной, или нечетко выполненной. А главное - пёс понял, что он - не пуп Земли, и что единственное живое существо в мире, которое является его другом - это хозяин.
И у меня появилась идеальная собака. Мы легко выполнили упражнения по коростелю на диплом второй степени, а когда один влиятельный эксперт публично усомнился - с блеском подтвердили квалификацию, получив кстати ещё один диплом.
Но... так уж устроены все живые существа, особенно собаки и люди - они постоянно стремятся раздвинуть рамки. И однажды, через несколько месяцев идеального послушания, это произошло. Я бросил любимую Джерькину мягкую игрушку, крепко сшитую бело-голубую акулу. "Подай!". Джерри бросается за ней, бегом несется ко мне с игрушкой в зубах, но шаги его все медленнее... и он не отдаёт акулу мне. Кладет на пол, нюхает, двигает её носом. "Подай!" - против правил повторяю я - пёс берет в зубы, но... стоит на месте. "Подай!!!" рычу я - и Джерри валится на спину, помахивая хвостом и не выпуская акулу из зубов. Опять этот "бунт на коленях" - поза демонстрирует полное подчинение, безоговорочную сдачу, но команду не выполняет.
И я использую последнее оружие. Нависая над оборзевшим псом, грозно рычу: "Чё???". Пёс дрыгает всеми четырьмя лапами, не соображая, на какую сторону переворачиваться, вскакивает и подаёт мне акулу - без звука и попыток побороться.
Конечно, со временем новизна приема притупится, он снова попытается оспаривать мою волю. Ну что ж, возможно, придётся повторить перевоспитание.
Дети, конечно. Собаки - это дети. Кто их держал, тот знает. Но это ещё и сукины дети, и это забывать никогда нельзя. Так про актеров говорят - но лучше актеров, чем собаки, вы не найдёте. Не верите? Представьте; вот идёт "Гамлет". хоть с Высоцким, хоть с Смоктуновским. Читает актер трагический монолог "Быть или не быть?". И тут из-за кулис на сцену выходит собака, просто выходит, садится и принимается чесать задней ногой за ухом - и скажите мне, на кого будут смотреть зрители?
vashper
Topic author
Reputation: 8 (+8/−0)
Posts: 48
Joined: 28.02.2013
Порода: РОС

  • 1

#5by vashper » 01.04.2013, 22:33

КРЫСА ИЗ ИКЕИ
Калитка в глухом заборе из рифленого железа приоткрылась, и выглянула серьёзная женщина в очках, с короткой седой стрижкой.
- Подождите, я собаку уберу.
Мы с Катей переглянулись. Собака на участке была точно не спаниелем – к забору было страшно подходить.
Хозяйка повела нас, на ходу накидывая светлый, длинный, до земли, плащ.
- А то порвут на косички.
Целая усадьба! Клетки с птицей, огромные кролики призового вида, вольер с индоутками, около стоит изрубленная колода со следами крови. Крестьянская жизнь проста… А вот и они. У заборчика из рабицы на задних лапках стоят, цепляясь передними, щенки-спаниельчики. Хором скулят «ай, ай, ай!». Ровненькие, похожие – белые, с черными ушами и пятнами, да ещё в мелком крапе, с розовыми пузиками, с разноцветными ленточками на шее. Из соседнего вольера на нас внимательно смотрит алабай. Серьёзная собачка, мне повыше пояса.
Мы стоим у заборчика, перед нами, повизгивая, теснятся, глядя на нас, щенята, всё так же на задних лапках. О чём они думают? Кажется, они спрашивают: «а может быть, ты мой хозяин?». Да, мы хозяева. Кого- то одного из вас. Ещё несколько лезут передними лапками на хозяйку. Действительно, в колготках к ним лучше не подходить.
- За всё лето ни одного звонка, видимо, из-за жары. Вот и подзадержались. Только сейчас начали разбирать.
- Понятно, сезон неудачный… Мне вот этого… и вон того. Можно сразу двоих посмотреть?.
- Конечно можно.
Я ведь их уже немного знаю. Посмотрел в интернете, поговорил с Ольгой из племсектора. «У третьего кобеля сыровата шейка, у второго прямоваты задние конечности, но может быть ещё выправятся; да, шерсть на спине волнистая, надо следить, после дождя будет курчавиться, помните, на прошлой выставке у нас несколько собак получили очхоры за шерстный покров? У другого помета сглажен переход к мордочке…». Я послушно поддакивал. Ольга классно определяет, какая собака вырастет из щенка, я уже имел случай в этом убедиться… да только сейчас это не имеет значения. Не нужен мне выставочный инвентарь, я покупаю друга. Да-да, вот так – друга можно купить. Это продать нельзя, а купить можно. Не знали?
Мне всё равно, на каком месте он будет идти в ринге. А на улице его и так будут называть «красавцем», русский спаниель – порода красивая.
Хозяйка взяла выбранных прямо за шкирки и пошла, как с ведрами от колодца. Щенки покорно висят, раскачиваясь в такт шагам.
В маленьком огороженном огородике их опустили на землю, и по грядкам понеслись две черно-белых ракеты. Оба шустрые, подвижные, движения свободные, всем интересуются, нюхают. Дергают молочными зубками за травинки.
Внешне оба – копия друг друга, хотя и не братья. Присмотревшись, можно увидеть, что один чуть помордастей, пошире грудь, потолще передние лапы. Шебутной, нашел яблочко-падалицу, с хрустом разгрыз.
Второй, поменьше – поспокойнее. Носится, но не отходит от хозяйки далеко.
Оба разрываются между людьми и миром вокруг, надо и на нас поглядеть, и на всякие чудесные вещи.
Умны ли они? Как видят, как слышат?
Бросаю крысу из Икеи. Замечательная игрушка – розоватая, прочно сшитая умелыми китайскими руками и проданная нам за сто рублей шустрыми шведами. Не знаю уж, насколько такая примета надежна, а я стараюсь щенков вот так проверять мягкой игрушкой. Если хватает сразу поперек туловища, а не за хвост, то потом будет и дичь брать поперек тушки, как полагается.
Мордастый тут же увидел игрушку, в три скачка, на всех четырёх лапах, подлетел и взял «по месту», за загривок. И давай трепать. Второй тоже сунулся полюбопытствовать – первый не стал заниматься «перетягиванием каната», а схватил товарища тоже за загривок и с визгом прижал к земле. «Не лезь, не твоё!».
С отвоеванной крысой поносился по участку, убежал в угол, закапывает. Ишь ты, какой кулачок.
Да, надо брать второго. Первый слишком самостоятелен, уже привык верховодить, справлюсь ли я с ним, когда он повзрослеет? Спаниель – такая порода, в которой главное – послушание, контакт с хозяином. Он должен быть постоянно рядом. Сильный, самостоятельный характер ему не нужен, а то будет охотиться на себя, а не на хозяина. Это легавая постоит на стойке, пока охотник подойдёт неспешно; а когда спаниель находит дичь, всё происходит быстро. И если пёс далеко отбегает, то и с охоты вернёшься без выстрела.
И собственнический инстинкт не должен быть сильно развит. Он должен с радостью отдавать добычу хозяину, а не выносить утку на другой берег – видел я и такое. Это даже лупцовкой не исправишь, а бить я и не собираюсь.
- Ну что? Берём вот этого?
Катя не отвечает, внимательно следя за крошечными псами. Садится около них на корточки, тормошит, валяет по земле. Щенки с радостью подставляют пузо – почесать.
Встаёт и возвращается ко мне.
- Он не похож.
Дочка серьёзна.
- Точно?
- Другой похож. А у этого профиль не такой.
Вот так. И слишком самостоятелен, и мелкий собственник, а берём его. Потому что… долго объяснять. Ну что ж, значит, так тому и быть.
- Мы берём вот этого.
- Сейчас посмотрю по справкам, как его зовут. Не помню, какой цвет у него был. Он у нас без тесемки, сорвали.
Кто б сомневался.
- Да не имеет значения, теперь его зовут Ларри.
Хозяйка за шкирку уносит второго щенка, мы идём за ней, Ларри притих на руках у дочери, робко поглядывая на нас. «Вы возьмёте меня?».
Возьмём. Тебе повезло, парень. Сегодня у тебя началась совсем иная жизнь.
Умеешь ли ты мечтать? Вряд ли ты думаешь о том, что будет. Ты будешь жить в любви, и за всю жизнь тебя не тронут пальцем, и совершенно не важно, кто из тебя вырастет – пустоголовый пустобрех, гоняющий жаворонков, или собачий профессор, звезда выставок. Всё равно, тебя будут любить, а ты будешь любить в ответ.
У тебя впереди долгие дороги. Огромные цветущие поля, по которым ты будешь носиться, не чуя под собой ног, камышовые чащи, со струйками запахов уток и кабанов, холодные морские берега с ракушками и водорослями на солёном песке. Вереницы гусей, с гоготаньем проплывающие над головой; срывающийся из-за кочек с адским хохотом белый куропач. Луга, гремящие коростелиными хорами, где в сияющем слоистом тумане проступают шары ивовых кустов, леса с цветастой мозаикой опавших листьев, с невидимыми облачками аромата запавших вальдшнепов.
Часы под капельницей, на железном ветеринарном столе. Холодные дожди, порезанные осокой и стекляшками лапы. Шкура в колючках и репьях, исцарапанный ежевикой нос. Пахучий фазан, ракетой взлетающий из кустов. Белый цветок заячьего хвоста, удаляющийся в сумрачном лесу.
У тебя будет то, ради чего ты появился на свет.
У тебя, Ларри, будут друзья, будут и соперники – такие же, как ты, спаниели. Их хозяева узнают тебя, и будут трепать твои шелковые уши при встрече. Ты будешь сидеть у костра рядом со мной, вслушиваясь в человеческую беседу, ловя знакомые слова и гадая, что же они означают.
Теперь тебя ждет неновый матрасик со свежей простынёй, отмытые и выстиранные игрушки. Тебя ждёт твой дом.
Ты больше не увидишь своих братьев и сестер, огромную овчарку из соседнего вольера, не войдёшь в свой загончик, устланный соломой. Всю твою коротенькую жизнь ты видел только дворик с парой сараев, и самым большим развлечением был приход хозяйки с миской сухого корма.
А теперь у тебя будет всё. Во всяком случае надеюсь, что моей жизни хватит и на тебя - моего пса, хотя будущего, конечно, никто не знает.
Почему именно ты? Ты не задаёшься вопросом, «за что?». Собаки счастливы – их жизнь всегда кажется им самой лучшей, и менять её они не хотят. И у меня нет ответа, за что. Ты, Ларри, просто оказался чуть-чуть похож на другого, которого ты не знал и никогда не узнаешь. Откровенно говоря, ты на него не слишком-то и похож. Но твоя жизнь только что круто изменилась, всего за несколько секунд.
А тебе, Баграй, не повезло. Только что эта жизнь могла стать твоей – но не стала. Ты вернёшься в загончик. Может быть, ты всё-таки дождешься хозяина-охотника, или хотя бы туриста, или хотя бы любителя прогулок в парке. Но скорее всего, отдадут тебя на диван, и ты проживешь свою жизнь в квартире, с редкими прогулками вокруг дома, на веревочке, чтобы не убежал. С пожилой хозяйкой, которая будет тебя любить. У тебя будут знакомые – другие псы, с такой же судьбой. Только они будут счастливее тебя – ты-то не для такой жизни был предназначен. Если повезет – тебя будут вывозить на дачу, и это будет твоим счастьем. Шесть соток чудесных приключений, душистых запахов, и огромный неизведанный мир за забором! Куда тебя никогда не выпустят.
Прощай, Баграй. Мы больше не увидимся. Не сложилось. Боги решили твою судьбу, по причинам, которые тебе не дано понять, и ты даже и не заметил, как это случилось.
А ведь и мы, люди, думаем, что наша жизнь зависит от нас. От того, как мы учимся, работаем, как ведём себя со знакомыми и незнакомыми. Мучительно думаем по ночам, где же, в чём мы допустили ошибку, может быть там-то? Тогда-то?… Наивные люди…

Админ: Обсуждение темы строго: /viewtopic.php?f=27&t=43
vashper
Topic author
Reputation: 8 (+8/−0)
Posts: 48
Joined: 28.02.2013
Порода: РОС

#6by Mr_Brunner » 02.04.2013, 06:41

Андрей Петрович извини, не удержался :smile:

DSC_3876.jpg
Mr_Brunner M
Местный
Location: Москва
Reputation: 21 (+21/−0)
Posts: 726
Joined: 15.02.2013
Порода: РОС

Немного не в тему

#7by TKT » 05.06.2013, 16:59

трюх1.JPG
1-3 июня наши кокеры "звезданули" в съёмках очередной (464!) серии телесериала "До суда". Кому интересно, можно посмотреть через три недели на канале НТВ.
TKT
Reputation: 0 (+0/−0)
Posts: 13
Joined: 06.03.2013
Порода: АКС

  • 1

А ТАК ЛИ СТРАШЕН ГАД ПОЛЗУЧИЙ?...

#8by Марат С » 20.06.2013, 22:33

Многие владельцы спаниелей боятся встречи своей собаки с ядовитыми змеями, поскольку даже укус гадюки в лапу представляет серьёзную угрозу здоровью и даже жизни некрупных собак. А что уж говорить об укусе в морду, который чреват отёком гортани?...
Вот и мы с супругой, пережив укус нашей первой спаниельки, случившийся, когда той было уже около 10 лет, очень боялись за дочкину Мышу,отличающуюся большой скоростью поиска и неуёмным азартом к любой живности. (Старшая-то собака (Топа) обычно не торопится в поиске и аккуратно обходит змей, поэтому за неё мы особо не волновались.)
В пятницу, 14 июня 2013 года, я пошёл с обеими собаками погонять коростелей и проверить наличие перепелов за околицей нашей деревни в Кимрском районе Тверской области.
После пары подъёмов я услышал третьего коростеля, орущего поодаль, на поле с низкой травой у обочины просёлочной дороги, ведущей в соседнюю деревушку, и навел на него собак. Собаки начали работать по следу, Топа отошла к обочине дороги, а Мыша энергично обрабатывала след на краю поля, как вдруг она сунулась в редкую траву, а потом резко отскочила, буквально взмыв в воздух и отчаянно тряся головой, при этом разбрызгивая потёкшую из морды кровь!
"Неужели гадюка?" - сразу пришло на ум: "Кажется, отгулялись, и надолго!..."
С этой мыслью я подошёл к месту происшествия, всё время держа Мышу в поле зрения и ожидая, что она вот-вот завалится на бок, и, конечно, увидел на земле темно-коричневую гадюку приличного размера, лежавшую с раскрытой пастью и забрызганную капельками алой Мышиной крови!
Оставив змею, подошёл к Мыше, приготовившись тут же подхватить её на руки и скорее нести обмякшее тело домой,чтобы оказать первую помощь и везти в ветклинику, но, вопреки ожиданию, собака и не думала падать после укуса: с правой стороны её морды по высунутому языку на землю стекала кровь, но скорости это ей не убавило!
Домой Мыша вернулась "своим ходом", и только возле дома стало проявляться действие змеиного яда: собака повесила хвост и голову, движения стали более скованными. Тут же вкололи Мыше внутримышечно 2 мл Преднизолона и половину флакона Гамавита, как рекомендовали ветеринары на Ганз.ру. Место укуса обработали Лидокаином для снятия боли, т.к. собака уже почувствовала сильную боль от яда и не позволяла прикасаться к месту укуса. На всякий случай приготовили Сульфокамфокаин для поддержания работы сердца, но, к счастью, он не понадобился.
Но, несмотря на сильную боль и развивающийся отёк правой стороны морды и шеи, Мыша поела варёную курицу из рук, что мы сочли очень обнадёживающим признаком.
Следующие сутки бедная Мыша пролежала, держа голову на весу и с большой неохотой глотая периодически вводимый в пасть при помощи спринцовки раствор Энтеродеза. Но уже к вечеру субботы собака стала выходить в сад и караулить там прилетающих на ягоды дроздов. К понедельнику спал отёк морды и шеи, но морда у собаки болела ещё пару дней.

Мы с супругой до сих пор не можем понять, каким образом Мыша умудрилась получить так мало яда в морду: сначала я думал,что она успела увернутья от укуса, но, по мере спадения отёка на морде стали видны 2 аккуратных дырки от гадючьих зубов (желваки прощупываются и сейчас); теперь больше склонен думать,что, во-первых, сама змея почему-то вела мало яда, а во-вторых, яд мог быть вымыт из раны интенсивно текущей кровью...
Марат С
Reputation: 1 (+1/−0)
Posts: 20
Joined: 31.03.2013
Порода: РОС


Return to Мир спаниелей

Who is online (over the past 5 minutes)

Users browsing this forum: 1 guest

cron